Библиотека - Автор неизвестен - Первая журналистская байка
Книги, учебники и материалы данной библиотеки принадлежат русским и украинским авторам - предназначены исключительно для учебных и ознакомительных целей

Первая журналистская байка

Условный рефлекс (по-советски)

Процесс пересечения границы для большинства бывших советских - всегда маленькое чудо. Долго еще мы будем испытывать священный трепет при этой обыденной, в общем-то, для всего цивилизованного мира процедуре.

Вместо того чтобы чуть притормозить перед пограничником, обменяться с ним приветливыми кивками и спокойно продолжить путь, как это делают все нормальные люди, я остановился, вытащил свою “краснокожую паспортину” и сунул ее прямо под нос французскому стражу границы (испанского я вообще не обнаружил). Тот, доселе пребывавший в полусонном состоянии, млея под лучами полуденного солнышка, вдруг сразу преобразился. С нездоровым блеском в глазах он уставился на мой документ.

Ну все как у поэта: “Берут как бомбу, берут как ежа, как бритву обоюдоострую…”.

Повелевающий взмах руки служивого заставил меня отъехать в сторону. Я не беспокоился, ведь в моем паспорте стояла шенгенская виза, действующая почти по всей Западной Европе. Однако вскоре мое благодушное настроение развеялось. Препровожденный парочкой “погранцов”, я оказался в помещении местного КПП. Здесь состоялся примерно такой разговор с использованием доступных мне литературных английских, французских, русских и матерных (в заключение) слов.

- Вы не имеете права въезда во Францию, - сурово сообщили мне.

- Почему же, у меня стоит шенгенская виза, признанная вашей страной, - отвечал я.

- На Вашей визе отмечена буковка “Е”, что дает право проезда исключительно в Испанию, но отнюдь не во Францию, которая обозначается буковкой “F”, - втолковывали мне французы.

Все мои доводы насчет того, что ежедневно тысячи российских и иных туристов на автобусах, поездах, автомобилях пересекают испано-французскую границу, обладая исключительно буковкой “Е” в паспортах, были строго отметены. Вновь вспомнив Маяковского (“Не переставая кланяться, берут, как будто берут чаевые, паспорт американца” ), я запальчиво произнес:

- Был бы на моем месте американец, вы бы слова не вякнули, только кланялись.

Надо было, конечно, подумать, прежде чем это говорить. Французы – народ гордый, считают себя самодостаточной нацией и не перед кем, тем более американцами, не преклоняются. Но слово не воробей…

Мои собеседники рассвирепели и выгнали меня на улицу. Потом вновь пригласили и потребовали подписать некую бумагу на французском языке. Я, в ответ выложил все  известные мне на разных наречиях нецензурные выражения и потребовал перевода бумаги на русский, в крайнем случае, английский языки. Окаменевшие лица французов, с сурово сжатыми губами, не предвещали ничего хорошего.

Тут я услышал истошный крик. Он доносился из запертой двери с маленькой решеточкой посередине – местная КПЗ. Голос по-английски с арабским акцентом вспоминал Аллаха, ООН, права человека и демократию.

Смекнув, я быстро достал ручку и подписал все протянутые мне бумажки. Еще не хватало оказаться в полицейской каталажке между границами! Поминай потом Декларацию прав человека.

 

  К оглавлению



Электронная библиотека книг, учебников, справочников и словарей по экономике, философии, медицине, истории, педагогике, психологии, юриспруденции, языковедению и др.