Книги, учебники и материалы данной библиотеки принадлежат русским и украинским авторам - предназначены исключительно для учебных и ознакомительных целей

Хрестоматия по философии

прочерчиваемыми солнцем в ходе его годового движения по Зодиаку". Таким

образом,"посредством этих пяти различных видов письма тайны и мистерии

мирового порядка и формы креста, вся окружность неба и земли благополучно

обозначены и выражены" *1). Языки находится с миром в большей степени в

отношении аналогии, чем обозначения; или, скорее, их значение знака и их

функция удвоения накладываются друг на друга; языки раскрывают небо и

землю, образом которых они являются; они воспроизводят в своей наиболее

материальной архитектуре крест, пришествие которого они возвещают, -- то

самое пришествие, которое в свою очередь устанавливается Писанием и

Словом. В языке имеется символическая функция, но после гибели Вавилона ее

-- за редкими исключениями *2) -- нужно искать не в словах, как таковых,

но в самом существовании языка, в его всеобщем отношении к всеобщности

мира, в перекрещивании его пространства с местами и фигурами космоса.

Отсюда форма энциклопедического проекта, появившегося в конце XVI

или в первые годы XVII века; не отражать уже известное в нейтральной

стихии языка (применение алфавита как произвольного, но эффективного

энциклопедического порядка начнется только во второй половине XVII века

*3), а воссоздавать посредством сцепления слов и их размещения в

воссоздавать посредством сцепления слов и их размещения в

пространстве сам порядок мира. Именно этот проект обнаруживается у

Грегуара в его "Syntaxeon artis mira.ilis" (1610), у Альстедия в его

"Encyclopaedia" (1630) или еще у того самого Кристофа де Савиньи ("Tableau

de tous les arts libe^raux"), которому удалось придать знаниям

пространственность, согласно космической, неподвижной и совершенной форме

круга и подлунной, преходящей, многоразличной, расщепленной форме дерева.

Этот же проект снова обнаруживается также у Ли Круа дю Мэна, вообразившего

пространство, соединяющее свойства и Энциклопедии, и Библиотеки, где

письменные тексты могли бы разместиться согласно фигурам соседства,

родства, аналогии и подчинения, предписанным самим миром *1). Как бы то ни

было, такое переплетение языка и вещей в общем для них пространство

предполагает полное превосходство письменности.

Это превосходство знаменательно для всего Возрождения; оно было,

без сомнения, одним из великих событий в западной культуре.

Книгопечатание, проникновение в Европу восточных рукописей, зарождение

литературы, которая больше не ориентировалась ни на устное слово, ни на

зрительное представление и не подчинялась им, господство толкования

религиозных текстов над традицией и авторитетом церкви -- все это, даже при

невозможности выявить роль причинно-следственных связей, свидетельствует

об основополагающе6м значении Письменности на Западе. Отныне первоприрода

языка -- письменность. Звуки голоса создают лишь его промежуточный и

ненадежный перевод. Бог вложил в мир именно писаные слова; Адам, когда он

впервые наделял животных именами, лишь читал эти немые, зримые знаки; Закон

был доверен Скрижалям, а не памяти людской; Слово истины нужно было

находить в книге. И Вижнер, и Дюре *2) почти в одинаковых выражениях

говорили, что, несомненно, в природе, может быть даже в человеческом

*1) La Groix du Maine. Les cents Buffets pour dresser une

biblioteque parfaite, 1583.

*1) B laise de Vigenere. Traite des chiffres, Paris, 1587, p. 1et

2. Claude Duret. Tresor de l`histoire des langues, p. 19et 20.>

знании, писаное всегда предшествовало устному. Ибо вполне возможно, что

еще до Библии и до всемирного потопа существовала составленная из знаков

природы письменность, так что эти знаки могли непосредственно

воздействовать на вещи, привлекать их или отталкивать, представлять их

  К оглавлению



Электронная библиотека книг, учебников, справочников и словарей по экономике, философии, медицине, истории, педагогике, психологии, юриспруденции, языковедению и др.