Книги, учебники и материалы данной библиотеки принадлежат русским и украинским авторам - предназначены исключительно для учебных и ознакомительных целей

Хрестоматия по философии

4. ПИСЬМЕННОСТЬ ВЕЩЕЙ

В XVI веке реальный язык -- это не единообразная и однородная

совокупность независимых знаков, в которой вещи отражаются словно в

зеркале, раскрывая одна за другой свою специфическую истину. Это, скорее,

непрозрачная, таинственная, замкнутая в себе вещь, фрагментарная и

полностью загадочная масса, соприкасающаяся то здесь, то там с фигурами

мира и переплетающаяся с ними, вследствие чего все вместе они образуют

сеть меток, в которой каждая может играть и на самом деле играет по

отношению ко всем остальным роль содержания или знака, тайны или указания.

Взятый в своем грубом историческом бытии, язык XVI века не представляет

собой произвольную систему; он размещается внутри мира и одновременно

образует его часть, так как вещи сами по себе скрывают и обнаруживают свою

загадочность как язык и так как слова выступают перед человеком как

подлежащие расшифровке вещи. Великая метафора книги, которую открывают,

разбирают по складам и читают, чтобы познать природу, является лишь

видимой изнанкой другого, гораздо более глубокого переноса, вынуждающего

язык существовать в рамках мироздания, среди растений, трав, камней и

животных.

Язык составляет часть великого распределения подобий и примет.

Поэтому он сам должен изучаться как вещь, принадлежащая природе. Как и

растениям, животным или звездам, его элементам присущи свои законы

сродства и соответствия, свои обязательные аналоги. Рамус разделил свою

грамматику на две части. Первая часть посвящалась этимологии, что означало

поиски не изначального смысла слов, но как раз внутренних "свойств" букв,

слогов и, наконец, целых слов. Во второй части рассматривался синтаксис,

задачей которого было обучать "словесным построениям, исходя из свойств

слов", причем синтаксис состоял "почти единственно лишь в установлении

соответствия и взаимной связи свойств, например существительного с

существительным или с глаголом, наречия со всеми словами, к которым оно

присоединяется, союза с порядком соединяемых им вещей" *1). Вовсе не

*1) P. Ramus. Grammaire, Paris, 1572, p.3 et p.125-126>

наличие смысла делает язык тем, что он есть; содержание его представлений,

которое будет иметь такое важное значение для грамматистов XYII и XYIII

веков, став путеводной нитью их исследований, здесь, в языке XYIIIвека, не

играет никакой роли. Слова составляются из слогов, слоги -- из букв, так

как в них сосредоточены такие качества, которые их сближают и разделяют

точно также, как и в мире расходятся и сходятся признаки вещей. В XVI

веке изучение грамматики основывается на той же самой эпистемологической

диспозиции, что и естествознание или эзотерические дисциплины. Различия

состоят лишь в том, что имеется одна природа и несколько языков; в

эзотеризме же свойства слов, слогов и букв раскрываются на основе иной

речи, остающейся скрытой, в то время как в грамматике обычные слова и

фразы сами выражают свои собственные свойства. Язык располагается на

полдороге между зримыми формами природы и тайными соответствиями

эзотерических рассуждений. Язык -- это раздробленная, внутренне расколотая

и видоизмененная природа, утратившая свою изначальную прозрачность; это --

тайна, несущая в себе, но на поверхности, доступные расшифровке знаки

того, что она обозначает. Язык одновременно является скрытым откровением и

откровением, которое мало-помалу возвращает себе все возрастающую ясность.

В своей изначальной форме, когда язык был дан людям самим богом, он был

вполне определенным и прозрачным знаком вещий, так как походил на

них. Имена были связаны с теми вещами, которые они обозначали, как сила

  К оглавлению



Электронная библиотека книг, учебников, справочников и словарей по экономике, философии, медицине, истории, педагогике, психологии, юриспруденции, языковедению и др.