Книги, учебники и материалы данной библиотеки принадлежат русским и украинским авторам - предназначены исключительно для учебных и ознакомительных целей

Хрестоматия по философии

осколки, грани, куски, оболочки, даются, хотя и не полностью,

представлению. Их их недоступного запаса оно мало-помалу

извлекает те хрупкие элементы, единство которых всегда

скрепляется где-то глубже. Пространство порядка, которое служило

общим местом для представления и для вещей, для эмпирической

зримости и сущностных законов, которое объединяло закономерности

природы и улавливаемые воображением сходства сеткой тождеств и

различий, которое сводило эмпирическую последовательность

представлений в одновременность таблицы и позволяло шаг за шагом

логически обследовать весь ансамбль единовременных природных

элементов, -- это пространство порядка оказывается теперь

разорванным: с одной стороны теперь выступают вещи с их

собственной организацией, их скелетом, с пространством, которое

их расчленяет, и временем, которое их производит; с другой

стороны -- представление, чистая временная последовательность, в

которой эти вещи (хотя всегда лишь частично) обращаются к

субъективности, к сознанию, к индивидуальному познавательному

усилию, к тому психологическому индивиду, который, из глубины ли

своей собственной истории или же на основе воспринятой им

традиции, стремится к познанию. Представление уже вот-вот лишится

своей способности определять способ бытия, общий для вещей и

знаний. Само бытие того, что представлено, выпадает теперь за

рамки представления.

Такое утверждение, однако, преждевременно. Во всяком случае,

оно предвосхищает будущую диспозицию знания, которая в конце

XVIII века не была еще окончательно установлена. Не следует

забывать, что, когда Смит, Жюсье и У. Джоунс пользовались

понятиями труда, организации, грамматической системы, они не

искали выхода за пределы табличного пространства, определенного

классической мыслью, не пытались преодолеть видимость в вещах и

тем избавиться от игры представления, представляющего самого

себя; они лишь устанавливали некую форму связи, доступную

анализу, постоянную и обоснованную. Речь шла исключительно о том,

чтобы обнаружить общий порядок тождеств и различий. Великий

поворот, который вызовет по другую сторону представления поиск

самого бытия того, что представлено, пока еще не начался;

определилось лишь место, с которого он сможет начаться. Однако

место это все еще очерчивается внутренней диспозицией

представлений. Ясно, что этой двойственной эпистемологической

конфигурации соответствует и философская двойственность,

указывающая на ее близкую развязку.

Сосуществование в конце XVIII века Идеологии и критической

философии -- Дестю де Траси и Канта -- это соседство двух чуждых

форм сознания, тех, что в научной мысли еще хранят единство, но

уже обречены вот-вот распасться. У Дестю и Жерандо Идеология

представляет одновременно и как единственная рациональная и

научная форма, в которую может облечься философия, и как

единственное философское обоснование, которое могло бы быть

предложено и наукам вообще, и каждой отдельной области познания в

частности. Будучи наукой об идеях, Идеология должна быть

познанием того же самого рода, что и другие познания, объектами

которых являются природные существа, слова языка или же законы

общества. Однако поскольку объектом ее являются идеи, способ их

выражения в словах и связывания их в рассуждения, постольку она

играет роль Грамматики и Логики всякой возможной науки. Идеология

не задает вопроса об обосновании, границах и корнях

представления, но охватывает вообще всю область представлений,

фиксируя необходимо проявлющиеся в ней последовательности,

  К оглавлению



Электронная библиотека книг, учебников, справочников и словарей по экономике, философии, медицине, истории, педагогике, психологии, юриспруденции, языковедению и др.