Книги, учебники и материалы данной библиотеки принадлежат русским и украинским авторам - предназначены исключительно для учебных и ознакомительных целей

Хрестоматия по философии

ценой, подверженной изменениям. В первом случае речь идет о

точном совпадении атрибутивности и сочленения, обозначения и

деривации, а в другом случае -- о переходе, связанном с природой

вещей и с деятельностью людей. Вместе с языком система знаков

принимается пассивно в своем несовершенстве, и одно искусство

может ее улучшить: теория языка является непосредственно

предписывающей теорией. Естественная история сама устанавливает

для обозначения существ систему знаков, и поэтому она является

теорией. Богатства -- это знаки, произведенные, приумноженные и

измененные людьми; теория богатств тесно связана с политикой.

Однако две прочие стороны основополагающего четырехугольника

остаются открытыми. Как могло случиться, что обозначение

(единичный и точный акт) делает возможным расчленение природы,

богатств, представлений? Как, вообще говоря, могло случиться, что

два противоположных сегмента (суждение и обозначение для языка,

структура и признак для естественной истории, стоимость и цены

для теории богатств) соотносятся друг с другом, делая возможным,

таким образом, язык, систему природы и непрерываемое движение

богатств? Для этого совершенно необходимо предположить, что

представления сходны между собой и одни вызывают другие в

воображении, что природные существа находятся в отношении

соседства и подобия, сто потребности людей взаимосвязаны и

находят свое удовлетворение. Сцепление представлений, непрерывная

череда существ, плодородие природы всегда необходимы для того,

чтобы имелись язык, естественная история, а также богатства и их

практическое движение. Континуум представления и бытия,

онтология, негативно определенная как отсутствие небытия,

всеобщая представимость бытия, обнаруживающееся в присутствии

представления бытие -- все это входит в полную конфигурацию

классической эпистемы. Мы сможем распознать в этом принципе

непрерывности метафизически значительный момент в мышлении XVII и

XVIII веков (позволяющий форме предложения иметь эффективный

смысл, структуре -- упорядочиваться в признак, стоимости вещей --

исчисляться в цене); в то же время отношения между сочленением и

атрибутивностью, обозначением и деривацией (обосновывающие, с

одной стороны, сужение и смысл, с другой -- структуру и признак,

стоимость и цены) определяют в этом мышлении в научном отношении

значительный момент (то, что делает возможным грамматику,

естественную историю, науку о богатстве). Так, упорядочивание

сферы эмпирического оказывается связанным с онтологией,

характеризующей классическое мышление; действительно, оно

развертывается непосредственно внутри онтологии, ставшей

прозрачной благодаря тому, что бытие дано без разрывов

представлению, и внутри представления, озаренного тем, что оно

высвобождает непрерывность бытия.

Что касается перелома, свершившегося к концу XVIII века во

всей западной эпистеме, то уже сейчас возможно охарактеризовать

его в общих чертах, сказав, что значимый в научном отношении

момент полагается там, где классическая эпистема помещала

метафизически значимый момент; зато пространство философии

возникло там, где классицизм установил свои наиболее прочные

эпистемологические преграды. Действительно, анализ производства в

качестве нового проекта новой "политической экономии", по

существу, предназначен анализировать отношение между стоимостью и

ценами; понятия организмов и организации, методы сравнительной

анатомии, короче говоря, все темы рождающейся "биологии"

объясняют, как наблюдаемые структуры особей могут представлять

  К оглавлению



Электронная библиотека книг, учебников, справочников и словарей по экономике, философии, медицине, истории, педагогике, психологии, юриспруденции, языковедению и др.